Бруклин всегда был театральным, сначала городом, а потом, боро. Были времена, когда театры появлялись тут буквально как грибы после дождя, располагаясь чуть ли не друг на друге. Причем театры были на любой вкус, чего только стоит, к примеру, «Театр Невольников». Сейчас, два с лишним века спустя ситуация мало изменилась, даже несмотря на то, что Манхэттен довольно уверенно удерживает лидерство на этом поприще. Как бы там ни было, но в наше время, достаточно красноречиво вырисовывается взаимосвязь театральных традиций, прошлой театральной жизни Бруклина и нынешней, которую так же легко можно проследить. Более подробно о взаимосвязи прошлой и современной бруклинской театральной жизни читайте на brooklyn-trend.com.
Спектакль «Рэйчел»
Ярким примером такой взаимосвязи мог бы стать, а в итоге и стал спектакль «Рейчел». В этом спектакле настоящее буквально преследует прошлое. В бруклинской постановке пьесы столетней давности против линчевания, использованы звуковые фрагменты из недавних убийств безоружных чернокожих мужчин. Хотя, напомним, что «Рейчел», была написана Анджелиной Уэлд Гримке в 1916 году.
Пьеса рассказывает о темнокожей девушке, которая тяжело решает моральную проблему — иметь или не иметь детей. К таким горьким размышлениям молодую девушку побудил случай, произошедший с ее братом и отцом, которых линчевали.
В одной из сцен она галлюцинирует, представляя своих будущих детей, которые умоляют ее не приводить их в мир, где они обречены страдать. Именно эта сцена будет включать аудиоклипы Эрика Гарнера, уроженца Говануса, который умер после того, как полицейские, держа, душили его, а также будут транслироваться отрывки из записи 911 о Трейвоне Мартине, темнокожем подростке из Флориды, убитом волонтером-соседом.
Актриса Сантоя Филдс, сыгравшая главную героиню в постановке, говорит, что взять на себя эту роль ее вдохновило движение Black Lives Matter, которое охватило социальные сети и улицы Нью-Йорка в ответ на гибель темнокожих мужчин от рук полиции. Она даже разместила пост в Facebook и прошла маршем в Нью-Йорке. Но даже все это не передало того, что девушка чувствовала и, как она хотела быть частью исцеления.
Сантоя Филдс, живет в районе Проспекта Леффертс Гарден, именно там началась ее работа над ролью как актрисы. Филдс сказала, что идентифицирует себя с не простой борьбой Рэйчел, с ее выбором, ведь Сантоя тоже постоянно спрашивала себя, хочет ли она привести детей в этот мир, при таком положении вещей, который стал возможен в XXI веке.
Театр против расизма
Но «Рейчел» это не единственная пьеса посвященная творчеству афро-американских драматургов-женщин, это лишь одна из таких пьес. Другая постановка это Las Meninas Линн Ноттедж. Пьеса рассказывает о жене Людовика XIV и ее романе с темнокожим африканским слугой-карликом, который, по слухам, привел к остракизму и отправке ребенка в монастырь. По словам художественного руководителя театра, обе пьесы говорят о страхе принести новую жизнь во враждебный мир. Причем речь идет не просто о страхе, но и вызовах, которые возникают, когда темнокожий ребенок попадает в мир, где доминирует белая структура власти.
Сантоя Филдс очень надеется, что такие спектакли помогут начать диалог и побудить людей к действию. Ведь очень часто можно пойти в театр и просто забыть обо всем, погрузившись во всепоглощающую атмосферу искусства. Но театр и искусство — это также способ начать разговор и бросить вызов взглядам, которых, возможно, кто-то придерживался в течение длительного времени.
В целом эта взаимосвязь прошлого и современного имеет конкретную цель — показать, что расовое насилие никуда не девалось эти сто с лишним лет, прошедших со дня написания пьесы «Рейчел». Фрагменты, использованные в спектакле в Fort Greene, должны были привлечь внимание к наличию такой проблемы, как расизм в обществе, которое хотело бы ее игнорировать. Довольно печально, что взаимосвязь прошлого и современного бруклинских театров произошла по такой невеселой причине.
«Смерть Бесси Смит»
Что театр может изменить мир говорят такие красноречивые факты — пьеса «Справедливость» Джона Голсуорси вдохновила Уинстона Черчилля внедрить пенитенциарную реформу в Великобритании, «Фортуна и глаза человека» Джона Герберта привели к созданию «Общества удачи», которое помогает бывшим осужденным найти работу. А спектакль Эдварда Олби «Смерть Бесси Смит» должен был помочь не закрыть межконфессиональную больницу. В этой истории очень ярко можно проследить взаимосвязь современного и прошлого одного из бруклинских театров.
События «Смерти Бесси Смит» разворачиваются в больнице для белых в Мемфисе в тот день, когда в 1937 году популярная блюзовая певица Бесси Смит была смертельно травмирована в автокатастрофе. Олби вдохновила история о том, что Смит умерла из-за того, что больница для белых отказалась принять ее, хотя позже это было опровергнуто. Несмотря на название, Бесси Смит присутствует в одноактной пьесе Олби лишь вне сцены.
Основная часть пьесы сосредоточена на безымянной медсестре, злой, озлобленной, но кокетливой женщине, которая ругает своего фанатичного отца, руководит черным санитаром в больнице, дразнит и издевается над врачом-интерном, который ухаживает за ней, и надоедает медсестре из другой больницы. Это резко, напряженно, поразительно, смешно. Пьеса Эдварда Олби «Смерть Бесси Смит» написана в 1959 году, ее не ставили в Нью-Йорке с момента ее дебюта на Бродвее в 1968 году.
А теперь о взаимосвязи. Художественный руководитель Джонатан Солари основал театр The New Brooklyn с целью спасти старый, буквально разваливающийся «Театр Невольников» на Фултон-стрит, 1215 в Бедфорд-Стуйвесанте. Планы были грандиозные, например, хотелось превратить старый заброшенный театр в новый центр исполнительских искусств. Желание было настолько сильным, что почти каждое шоу, которое они ставили в течение 18 месяцев, шло, как говорится, на «ура». Все билеты распродавались.
К слову история «Театра Невольников» довольно показательна. Бывший «Регент театр» был переименован, специально для того, чтобы своим названием отражать афроамериканское наследие. Это произошло, когда известный темнокожий бруклинский юрист, судья Джон Филлипс, приобрел это здание в 1984 году.
В те времена в 1986 году произошла серия насильственных нападений на темнокожих мужчин в Говард-Бич, в Квинсе, поэтому Филлипс перепрофилировал театр под место встречи для проведения собраний, митингов и переговоров среди общественных активистов Бруклина, назвав его Slave One.
Борьба за театр Slave One
Джонатан Солари, 29-летний художественный руководитель и основатель The New Brooklyn Theatre, узнал о наследии Slave в 2012 году. Он брал интервью у Кларенса Харди для проекта «The Love Letter You’ve Been Meaning to Write New York», и его буквально ошеломили и восхитили рассказы мистера Харди об упадке театра. Джонатан сам много раз проходил во время прогулок мимо него, и он почувствовал огромное, непреодолимое желание спасти театр.
Бывший театр был настолько поврежден, что его почти невозможно было сохранить. Во время встречи господина Солари с архитекторами эксперты предположили, что Slave One, возможно, придется снести. Но господин Солари не сдавался, так как надеялся, что ему удастся по крайней мере сохранить суть театра для будущих зрителей.
Но после многолетней борьбы за Slave One в декабре 2016 года новый владелец участка Industrie Capital Partners разрушил помещения старого театра, планируя создать многофункциональный комплекс. Исчезла ли после этого взаимосвязь между театральным прошлым и современным, вопрос, скорее, риторический.
Источники:
- https://www.brooklynpaper.com/sound-of-violence-anti-lynching-play-uses-audio-footage-of-eric-garner/
- https://observer.com/2015/05/a-new-theater-company-looks-for-a-home-in-bed-stuys-slave-theater/
- https://newyorktheater.me/2014/01/15/can-edward-albee-save-brooklyns-interfaith-hospital-can-theater-change-the-world/
